Однако самые впечатляющие события 1848-1849 годов произошли в Риме, где Пий IX струсил уже в апреле 1848-го. Он был вынужден покинуть город, и в феврале 1849-го была провозглашена республика на основе всеобщих выборов и под предводительством триумвирата, включавшего Мадзини, — его единственный опыт прямого участия в правительстве. Радикалы и сторонники прогресса хлынули в город; Гарибальди организовал его оборону.
Об этом сложили легенды, но к июлю 1849 года австрийская и французская армии заняли город и положили конец мятежу, несмотря на пыл и героизм восставших. Гарибальди бежал в Тоскану и стал там ждать своего часа. Так закончились итальянские революции 1848-1849 годов. Беглая оценка их результатов заставляет сделать двойственные выводы. Непосредственной причиной переворотов был экономический кризис 1847 года, хотя временная потеря прав Австрии и Франции позволила им развиться в серьезный вызов установленному порядку.
Однако восстания были во многом вызваны растущим патриотическим движением за независимость, которое выстроили сторонники Мадзини и либеральные умеренные католики, сумевшие в некоторых случаях даже сотрудничать. Безусловно, предводители были более последовательными, а цели — более высокими, по сравнению с тем, что наблюдалось в начале века; знаменательно, что мятежи захватили воображение гораздо большего круга людей и в значительно большей степени пользовались поддержкой широких народных масс: часто в борьбу за свою независимость вступали и храбро сражались целые города. Однако революции нельзя назвать народными; большинство крестьянства все еще поддерживало реставрацию. Важным прецедентом было сотрудничество, хотя бы в ограниченных рамках, между различными государствами перед лицом внешней угрозы; в этом отношении Рисорджименто сделало несколько шагов вперед.
С другой стороны, революционеры выказали значительные внутренние разногласия, нехватку тактических навыков и отрыв от реальности. Национальное движение все еще было в серьезном застое: 1848 год оказался уникальной возможностью, но патриоты явно были не готовы воспользоваться ею. На самом деле перевороты несколько ослабили Рисорджименто, поскольку идеи Джоберти о лидерстве папы в итальянской федерации были дискредитированы.
Даже с таким относительным сторонником прогресса, как Пий IX, папство явно продемонстрировало свою неспособность или нежелание политически возглавить Италию. Кроме того, 1848-1849 годы показали, насколько ситуация в стране зависит от иностранной политики: неважно, чего добились патриоты, Австрия рано или поздно вмешается и восстановит прежнее положение. Все, конечно, изменилось бы, освободись Италия от иноземного ига. Интересный постскриптум к событиям 1848 года представляет собой вошедшее в итальянский язык выражение «устроить сорок восьмой» («fare un quarantotto»), синоним неразберихи и хаоса, — подобающая эпитафия для череды важных событий, которые, при всем вызванном ими оживлении в целом, оказались для Рисорджименто шагом назад.
