Общая атмосфера политического возбуждения и ожидания сгустилась до предела с избранием папы Пия IX в июне 1846 года. Он был сторонником прогресса и реформатором, симпатизировавшим идеям Джоберти. А почему бы нет, коль скоро положение главы нового федерального итальянского государства было вполне привлекательным для папства? В любом случае, он приступил к освобождению политических заключенных и инициировал важные изменения в Папской области. Движение в одном государстве подстегнуло остальные. Пьемонт и Тоскана оказались наиболее восприимчивы к реформам, и действительно, эти два государства принципиально договорились о создании таможенного союза с Папской областью. В конечном счете эта мера не была осуществлена, но она стояла на повестке дня национального движения, и уже один этот факт взволновал общество.
На международной арене перемен было мало. Австрия, все еще находившаяся под управлением Меттерниха, была, как всегда, непримирима и усиливала гарнизоны, когда органы ее разведки доносили, что в Италии началось какое-то брожение. Англия проявляла некоторое сочувствие к итальянскому патриотизму, но первостепенным занятием правительства была поддержка Австрии в целях соблюдения Венских соглашений и удержания России под контролем. Франция, конечно, была меньше заинтересована в неизменности реставрации 1815 года, но тоже не выказывала готовности сражаться с Австрией по такому незначительному поводу.
К концу 1847 года общественные волнения стали неизбежными, но начались они, как и следовало ожидать, на юге, где Фердинанд II противился всем требованиям перемен. Широкие слои населения Палермо подняли мятеж и захватили власть в городе, заставив короля даровать им конституцию в январе 1848 года. Знаменательно, что Фердинанд не сумел добиться помощи от австрийцев, отчасти в силу географических факторов, но также и потому, что они были слишком обеспокоены растущей нестабильностью в собственном отечестве. Восстание в Палермо послужило катализатором для всеобъемлющего мятежа. К марту Тоскана, Пьемонт-Сардиния и Папская область добились, по крайней мере, обещания конституции. Бунтовские настроения распространились по большей части остальной Европы, включая Вену, и сам Меттерних был вынужден бежать из страны.
Временное удаление австрийского защитного «зонтика» привело к мятежам в Венеции — под предводительством умеренного республиканца Даниеле Манина —ив Милане, где одним из лидеров был Каттанео. Модена и Парма свергли своих деспотов, и жребий был брошен, когда Карл Альберт по настоянию подданных объявил войну Австрии и в то же время фактически аннексировал Ломбардию, Венецию, Парму и Модену. Тоскана и Неаполь поддержали Карла Альберта в принципе, но бездействовали, и вся Италия оказалась в состоянии брожения и мятежа.
Однако революционеров скоро спустили на землю. Австрия сумела сбросить с себя оцепенение, и в июле маршал Радецкий разгромил пьемонтцев при Кустоцце. Карл Альберт был вынужден подписать перемирие, там самым завершив то, что стали впоследствии называть Первой войной за независимость, и вернуть захваченные территории. Но волнения продолжались повсеместно. Тоскана капитулировала только в феврале 1849 года. Венецианцы провозгласили республику (республику Святого Марка), посадили Манина президентом и сопротивлялись австрийцам во время длительной осады с поразительным геройством вплоть до августа 1849 года. В Неаполе Фердинанд, как ни странно, вернул себе престол и захватил Сицилию. В Пьемонте Карл Альберт снова поднял оружие на австрийцев в марте 1849 года, только затем, чтобы сразу же потерпеть поражение в битве при Новаре.
